Выйдет ли третья книга Алексея Байбакова «Седой ковыль»?

Книга охватывает историю Быковского района Волгоградской области со времен первых поселенцев 70-х годов XIX века до наших дней. Книги «Отчий край» и «Ветры степные» из этой автобиографической трилогии ранее вышли в Издательском доме «Карманъ».

Автобиографическая проза Алексея Байбакова дышит степью, ее ковыльными ветрами, духмяным разнотравьем. В этой прозе чувствуешь себя привольно, радуешься простору и красоте холмистых равнин, цветущих по весне коврами тюльпанов, слышишь, как ходит волнами море созревшей пшеницы, как поют птицы над этим простором.

Люди, населяющие этот край, говорят в книгах Байбакова живым крестьянским языком, взращенным степью, трудами на этой земле и теми историческими событиями, которых здесь хватило бы на несколько эпопей.

Ради этих людей, возделывавших пустынную землю на протяжении полутора столетий и превративших ее в цветущий сад, переживших революции и войны и сохранивших дух и силу русского народного характера, и взялся за перо бывший учитель литературы, завуч и директор школы поселка Катричев Урало-Ахтубинского сельского поселения, а ныне летописец своего края Алексей Байбаков.

За две первые книги трилогии писатель выдвинут на конкурс «Царицынская муза-2015». О том, как эти книги появились на свет, рассказывает сам Алексей Максимович: — Когда меня сегодня спрашивают, почему я решился выполнить наконец просьбу учеников и земляков своих и взялся написать о своей малой родине, отвечаю: чтобы попытаться сохранить память о прошлом, а сохраним память, сохраним и саму жизнь в своем краю.

Раньше наша степь-матушка была густо усеяна хуторами и красовалась большими садами. Позже, в коллективное время, в весеннюю посевную и уборочную страду она напоминала большой мегаполис: по ночам вся сияла тысячами огней – шла битва за хлеб. Можно было заблудиться.

А сегодня степь в своем сиротстве стыдливо укрылась бурым покрывалом бурьяна и чертополоха. Редкие могилки сторожат хуторища – пристанища первых поселенцев. Некому позаботиться об одиноких деревцах, посаженных здесь когда-то и еще цепляющихся за жизнь…

А вторая причина – это утрата памяти. Когда спрашиваю у земляков своих, которым сегодня за тридцать, знают ли они, кто жил на их улице, когда-то называвшейся Веселой, лет двадцать назад, они говорят: «А зачем нам это нужно?» Грустно, что вот таким сейчас стало понятие Родины – без родства с землей, отчим краем. С землей, которая щедро полита потом и кровью живших когда-то на ней людей. Вместо святого понятия Отчизны теперь это всего лишь среда обитания и транзитные пассажиры, ее населяющие.

Я не мог с этим согласиться. Стал записывать рассказы стариков, родственников, друзей, знакомых – всех, кто помнил прошлое. Так и сложилась первая книга «Отчий край».

— Трудно было ее издать?

— Непросто, конечно. Но меня поддержали президент благотворительного фонда «Царицынская муза» Анатолий Карман и тогдашний глава администрации Быковского района Николай Чеванин. Очень помогли депутаты областной думы Сергей Булгаков и Анатолий Галичкин. Книгу приняли прекрасно, и не только в Волгоградской области, но и в других регионах страны. Я получал отклики даже с Дальнего Востока - оттуда мне писали, что если заменить названия хуторов и фамилии персонажей на дальневосточные, то получится, как будто написано про их малую родину. В нашей районной библиотеке прошла презентация книги, было сказано много теплых слов. И главное - люди просили, чтобы я продолжал.

И я снова обходил старожилов, да и сам вспоминал многое из того, что с первого раза прошло незамеченным. Искал документы, изучал статистику. В книге «Ветры степные» рассказываю уже о 50-80-х годах прошлого века.

А почему «Ветры…»? Люди всегда доверяли свои чувства природе: «рябина кудрявая», «утес неприступный», «вишня белая». А само движение жизни и перемены в ней связывали с ветром. В степи ветрам приволье, здесь им укороту нет. Разные проносились, гуляли ветры по ее просторам. С иными мирились, дружили, от других пытались укрыться и даже бороться пытались. Потому и названа книга «Ветры степные».

— Листая рукопись третьей книги «Седой ковыль», видишь духовное родство вашей летописи с миром героев Шукшина, с их укорененностью в родной земле и ее истории, даже с их чудаковатостью.

— При всем обилии различий в судьбе и характерах моих героев общего у них гораздо больше. Все они дети своей малой родины, степного края. Все – крестьянской породы, ценят и уважают труд, сами умеют трудиться – так же, как и герои Шукшина. Так же не могут обходиться без шутки и острого слова. Каждый имел свою чудинку, над ней можно было без обиды и посмеяться.

По этой причине у нас и на работе, и вечером на лавочке часто вспоминали Егора Никифорыча Пономарева. Хотя чаще всего его звали Пономарь. Всегда его слова, частушки-прибаутки, да и он сам оказывались в дело и к месту. Не переставали дивиться, качали иные головой, когда отзывались о его веселом нраве, к тому же первостатейном гармонисте. Частушки складывал сам, они у него словно из рукава кудесницы-мастерицы сыпались. Даже думки свои больше песне доверял, в таком образе и людям их подносил. Бывало, в разгар горячего спора, или разговора по неотложному делу, подойдет он и скажет: «Вы вот тута перекоряетесь, слова расходуете без меры, вроде телегу с места сбираетесь сдвинуть. А ведь на дворе-то – благодать. Май отцвел, лето припожаловало. Я в эту пору все бросаю, выкрою времечко и выйду на простор, где я один, степь, небо да птахи. Ковыль там в эту пору распустит свою седую гриву и пошел волнами гулять. Старается, должно, до самого края земли успеть докатиться. Картина, скажу вам, глаз не оторвешь, дышать громко стесняешься, чтоб не испортить такую красоту. Ему, седому ковылю, все нипочем: суховеи, дожди, хмарь и град там всякий. А с ветром они приятели, без ветра он не сможет красоваться. Ведь он и деда, и прадеда моих видал и помнит. Може, бежит вот и поклон от них мне пересказывает».

— Теперь понятно, почему третья книга называется «Седой ковыль». Когда можно ждать выхода этой книги?

— Благотворительный фонд «Царицынская муза» подготовил книгу к печати. Но куда ни пойди за помощью, всюду – «экономия бюджета». Даже сейчас, когда в России проходит Год литературы, получить помощь на издание книги очень трудно. Я обращался к депутатам Государственной думы, нашим землякам-волгоградцам Ирине Гусевой и Олегу Савченко, обращался к их коллеге Геннадию Зюганову. Да и к нашим, местным, депутатам. И к областной администрации с нашим героическим руководителем… Но результата, к сожалению, пока нет.

А книгу ждут – и люди, и библиотеки. Теперь осталось молить Бога и просить добрых людей помочь моей новой книге получить свое рождение.

Подготовила Татьяна Данилова

27.07.2015

1 комментарий

Дорожник
01.04.2016 18:34
Алексей Максимович! Спасибо за книги, я горжусь, что был когда-то вашим учеником.
Загрузка...